Реконструкция московских парков. Карра А.Я. и Лунц Л.Б.

«Реконструкция московских парков». Карра А.Я. и Лунц Л.Б. Публикуется по изданию «Проблемы садово-парковой архитектуры. Сборник статей». Под общей редакцией комиссии в составе: Коржева М.П. (председатель), Лунц Л.Б., Карра А.Я. и Прохоровой М.И.; Союз советских архитекторов, Секция планировки городов. Издательство Всесоюзной академии архитектуры. Москва. 1936


«Привести в полный порядок, с планировкой и благоустройством, городские бульвары садового и бульварного кольца, парк Ленинских гор, Измайловский парк им. Сталина, Сокольнический парк им. Бубнова, Краснопресненский, Останкинский парки и парк Покровское-Отрешнево с расширением его и включением в его состав Химкинского водохранилища».

(Из постановлений СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 10/VII 1935 г.).

Историческое постановление ЦК ВКП(б) и СНК СССР о социалистической реконструкции Москвы остро ставит проблему реорганизации старых и создания новых массивов зелени. Организация всех зеленых пространств в единую, наиболее целесообразную для города систему выдвигает на передний план вопросы как взаимосвязи этих пространств между собою, так и рациональной организации, планировки и архитектурного оформления каждого из них с тем, что каждый организуемый зеленый массив будет иметь свои типические особенности.

Намеченная схема озеленения Москвы сохраняет основы исторически сложившегося города. Холмистый рельеф, Москва-река и Яуза, перерезывающие город, существующие большие зеленые массивы Ленинских гор, Измайлова, Сокольников, Останкина, Филей и др. дают возможность создать целостную систему зеленых насаждений, тесно увязанную с архитектурой магистралей, набережных и площадей города. 

Основные зеленые массивы пригородных парков будут вклиниваться в город, равномерно обслуживая его и увязывая центр с периферией. Московские парки будут связаны между собою зелеными кольцами бульваров и внешним защитным лесопарковым поясом, создающим мощную зеленую зону шириною в 10 км. Кроме того, намечены равномерно распределенные по городу массивы районных парков, дополняющие общую систему озеленения города. Парки и лесопарки в сочетании с водой (зеленые массивы северной половины города обводняются р. Яузой и каналами системы Волга—Москва, а южной половины города — Москва-рекой и Сетунью) создадут здоровую обстановку для отдыха населения столицы.

Таким образом, парковая система Москвы состоит из парков внутригородских, пригородных и загородных.

Общий архитектурно-планировочный анализ всех элементов системы озеленения Москвы позволяет отметить, что:

1) проектируемая схема озеленения создает достаточно равномерную обеспеченность всех районов города зелеными массивами, что обусловливает ряд преимуществ: приближение зелени к «потребителю», сокращение радиуса обслуживания, облегчение работы городского транспорта;

2) генеральный план реконструкции предусматривает создание достаточных транспортных подходов к каждому парку в отдельности, а также осуществление транспортной связи между парками в пределах всей системы (4-е транспортное, так называемое «парковое», кольцо); к тому же у большинства парков значительные части их периметров ориентированы на магистрали, что облегчает решение задачи единовременной эвакуации больших масс;

3) зеленые массивы глубоко проникают в город, доходя в нескольких районах почти до центра города (например соединение с центром зеленым клином Останкинского парка или продолжение парка Ленинских гор почти до Дворца советов), что создает весьма благоприятную систему озонирования и проветривания города;

4) система водных поверхностей дополняет систему насаждений, представляя с ней одно целое;

5) особенности планировочного решения системы озеленения Москвы заключаются еще и в том, что существующие и проектируемые линии метро и автомагистрали позволят быстро перебрасывать огромное количество горожан в пригородные массивы;

6) сеть парков позволяет в плановом порядке решить ряд не только архитектурно-планировочных, но и функциональных вопросов, как-то: единый тематический план работы всех парков, диференциация обслуживания посетителей в общегородском разрезе и т. п.

Из числа парков, входящих в систему Москвы, остановимся на наиболее интересных по естественным условиям и по имеющимся проектным решениям.


Центральный парк им. М. Горького

Первый парк Советского союза заслуженно пользуется большой популярностью среди населения Москвы.

Парк в настоящее время занимает территорию по правому берегу р. Москвы, включая участок бывшей сельскохозяйственной выставки, Нескучный сад и часть зеленого массива Ленинских гор. По генеральному плану реконструкции Москвы парк значительно расширяется и будет включать весь амфитеатр Ленинских гор и низину Лужников на противоположном берегу реки.

Приходится констатировать существующий еще значительный разрыв между архитектурными качествами парка и достижениями коллектива работников парка в области организации новых массовых форм культработы на воздухе, в которых, впервые в СССР, намечены своеобразные и интересные пути. Основная причина таких «ножниц» заключается в том, что парк создавался на месте сельскохозяйственной выставки, сооружения которой пришлось максимально использовать при строительстве парка. Эти сооружения имели особое значение, и их архитектурная трактовка не соответствовала задачам парка. Поэтому и весь архитектурный облик парка случаен и определяется полученным от выставки архитектурным наследством, не имеющим ярко выраженной парковой специфики.

Главный вход в парк, бывший вводный павильон выставки, как приспособленное и к тому же достаточно громоздкое сооружение, конечно, полностью своей архитектурно-пространственной задачи не решает. При реконструкции этого павильона совершенно правильным было стремление облегчить его архитектурную форму и максимально раскрыть вид на территорию парка.

Концентрация зрелищных и других построек у главного входа вызывает чрезмерное скопление посетителей в одном месте и мешает продвижению основной массы посетителей к зеленым массивам Нескучного, в глубь парковой территории.

Партер парка в гипертрофированной форме повторяет итальянский садовый прием. Раскрывая широкую перспективу и давая возможность ясной пространственной ориентации большим массам посетителей, партер безусловно выигрышен в качестве крупного композиционного удара при главном входе. Однако в рассматриваемом примере, поражая посетителя своим чрезмерным размахом, партер не воспринимается как организм, построенный на определенной композиционной закономерности, а находящиеся на нем постройки, как старые, так и новые, не производят впечатления частей одной большой декоративной картины.

Совмещение с партером аттракционов и значительного количества физкультурных площадок ошибочно. С эстетической точки зрения они плохо вяжутся с торжественностью партера, а с функциональной — их скопление не создает нормальных условий ни для занимающихся спортом, ни для отдыхающих. При данном решении спокойные формы партера и динамичность форм окружающего приходят в явное противоречие друг с другом. Например, центральную перспективу партера завершает группа аттракционов, к которым подводит торжественная аллея, оформленная копиями античных скульптур и одновременно фланкируемая с боков оградами физкультурных площадок.

Наличие двух уровней в начале партера создает богатство пространственных комбинаций. Этот момент акцентирован каменной балюстрадой и двумя боковыми лестницами—мотивами, идущими от итальянского садового искусства, здесь «критически» использованными в сухих, маловыразительных формах. Самый же прием, искусственно задерживающий движение зрителя и заставляющий его любоваться панорамой, весьма удачен по мысли. Решение партера характерно изобилием средств, которыми пытаются воздействовать на воображение посетителя, и наряду с этим отсутствием четко выраженного общего замысла.

Сочетание естественных условий — реки, зеленого массива Нескучного и партера — открывает возможность для интересного архитектурного решения. Но реальные возможности в ЦПКиО недостаточно использованы: композиция в натуре строится механически, на простом суммировании мало между собою связанных отдельных кусков парка. Например, р. Москва за всю деятельность парка не была органически обыграна и композиционно включена в территорию парка, она лишь «примыкала» к его территории. С парадного партера, привлекающего огромное количество посетителей, открывались чрезвычайно неприглядные перспективы на случайные участки противоположного берега, на заводы, огороды, жилое строительство. Река в парке не воспринималась как естественная парковая граница, а скорее лишь как вынужденная преграда на пути посетителей.

К числу весьма неудачных фрагментов парка следует отнести здание звукового кино, конструктивные формы которого не оправданы расположением здания в главной части парка и не вяжутся с партером.

Правда, в связи с общими работами по реконструкции Москвы в отношении архитектуры парка чувствуется некоторый сдвиг. В частности строительство гранитной набережной, проходящей по границе парка, следует признать положительным явлением в том смысле, что ее возведение знаменует собой переход от временных сооружений к капитальному строительству парка. Попутно, однако, следует отметить, что архитектурная трактовка набережной не носит специфически паркового характера. Всяческого одобрения заслуживает включение в ансамбль парка архитектурно-скульптурных форм. В то же время и в этой области в парке не( (все благополучно. Так, например фигура девушки с веслом (скульптор Шадр), оформляющая один из новых фонтанов парка, не дает цельного образа советской физкультурницы и не свободна от некоторых элементов эротического порядка и излишней стилизованности. Элементы наследия (Нескучный дворец) и элементы современности (большой зеленый театр) не связаны в единый архитектурный комплекс.

На зеленом театре следует остановиться несколько подробнее, так как это сооружение будет играть большую и заметную роль в обслуживании посетителя. Отличие открытых театров от театров закрытого типа должно заключаться в специфической организации пространственных взаимоотношений комплекса сцены и мест для значительных масс зрителей, размещенных под открытым небом. Простое удаление потолка и увеличение количества мест при механическом повторении остальных форм закрытого театра аудиторного типа привело в решении театра ЦПКиО к чрезмерной отдаленности последних рядов, что в свою очередь требует другой, чем это есть, пространственной трактовки спектакля. В результате парк имеет камерную сцену, приспособленную для массовых спектаклей, а не целостную архитектурную композицию массового театра.

При решении зеленых театров необходимо критически использовать образцы античности с их открытыми гигантскими амфитеатрами вокруг сцены-арены.

К числу недостатков архитектурного решения театра ЦПКиО следует отнести недостаточное использование садово-парковых форм. Решение объема сцены театра композиционно не увязано ни с решением зрительного зала (пропорции), ни с объемом завершающего весь комплекс театра, в силу своего положения на холме Нескучного дворца. Кроме того, следует отметить неудачное размещение театра в плане парка. Сооружение перерезает территорию, прижимая посетителя к реке.

Особо следует отметить в большинстве случаев удачное цветочное оформление парка.

Один из последних проектов планировки парка выполнен архитекторами А.В. Власовым и К.С. Алабяном. Композиционным началом парка авторы считают Дворец советов и поэтому расширяют парк, доводя его границы до территории Дворца. Прибрежная полоса правой стороны реки до Нескучного сада решается партером. Благодаря подсыпке остальной территории до отметки 124, партер, сохраняя существующий уровень, оказывается на 1,5 м ниже окружающих участков. Таким образом создается своеобразный амфитеатр. Боскеты, специально формованные деревья, стриженый кустарник, богатые цветники и скульптура оформляют эту часть парка. Богатство решения дополняется системой водоемов, бассейнов и фонтанов, достигающих 75 м высоты. Расположенный ниже окружающей территории партер воспринимается, как картинная плоскость.

Кругом партера, среди зелени, запроектированы сооружения культурно-просветительного и зрелищного характера (театры, кино, выставочные павильоны и т. д.). Отдельные участки отведены «площадям веселья», где найдут себе место разнообразные аттракционы. Комплекс этих сооружений в сочетании с партером позволяет трактовать эту часть парка как место массового отдыха и массовой работы.

Вдоль по Калужской улице, фасадом к реке, разместятся наиболее значительные по массам архитектурные сооружения. Музеи, библиотеки, дома физкультуры, искусства и т. д. выходят на Москва-реку, образуя основной архитектурный силуэт этой части парка. Партер переходит в аллею Нескучного сада, который полностью восстанавливается, благоустраивается и в основном предназначается для отдыха одиночек и небольших групп. Нескучный сад плавно переходит в зеленый массив Ленинских гор.

Таким образом, партер, Нескучный сад и Ленинские горы создают сплошную зеленую ленту, окаймляющую реку на значительном протяжении до самого Дворца советов. Авторы проекта предлагают низину Лужников превратить в громадный водоем.

В описанном проекте имеется много интересных архитектурных мыслей и предложений, частично уже осуществленных (набережная). Переходя к анализу отдельных деталей проекта, следует отметить несоответствие масштабов площади между главным входом и партером, откуда большинство посетителей будет обозревать центральную часть парка, и площади самого партера.

Прорисовка окружающих партер пространств обращает на себя внимание недостаточно четкой организованностью архитектурных объемов и относительно одинаковой трактовкой обеих сторон, в то время как одна из этих сторон обращена к реке, а другая к городской улице. Сочленение партера с прудом неудачно своей жесткостью. Здесь напрашивается введение для смягчения стыка небольшой промежуточной планировочной формы, которая, несомненно, даст более острое решение.

К сожалению, этот проект не увязан с принятым вариантом планировки юго-западного района Москвы. В силу этого предложенное решение Лужников, где авторы предлагают создать значительный водоем интересной архитектурной трактовки, нереально.

Последовательнее, с учетом новой планировки всего юго-западного района, планировка Ленинских гор и Лужников решена проектом архитекторов В.И. Долганова и М.И. Прохоровой. Вся центральная часть низины Лужников трактуется авторами как декоративный партер, который пересекут две мощные магистрали, соединяющие центр Москвы с новым юго-западным районом. Богатые цветники, фонтаны и каскады должны создать необычайно импозантную картину, открывающуюся с амфитеатра гор.

К партеру Лужников, плоскостная трактовка которого подчеркнута с обеих сторон большими по объему сооружениями (гостиницы, рестораны, кафе и т. д.), примкнет с одной стороны комплекс физкультурных сооружений с водной станцией и пляжем, а с другой стороны — территория пионер сектора. Здесь разместится значительное по своей архитектуре здание Дворца пионеров, окруженное многочисленными площадками для игр и физкультурных упражнений. Здесь же проектируется строительство центрального детского стадиона Москвы.

Центральная часть амфитеатра Ленинских гор, соответствующая партеру Лужников, так же, как и последний, лишена крупных сооружений и предназначена в основном для прогулок. Это решение обосновано тем, что именно с этой части гор открывается наиболее живописная панорама Москвы. Архитектурно центральная часть гор закреплена с одной стороны значительным зданием Академии архитектуры, а с другой стороны — Дворцом молодежи. Если учесть, что к участку Академии архитектуры примыкают территории Ленинского комвуза с большими объемами зданий, то можно констатировать, что архитектурный силуэт Ленинских гор будет выражен достаточно четко и богато.

Территория парка вокруг комплекса сооружений Академии архитектуры в основном отведена под тихий отдых. Здесь будут созданы базы отдыха и разместятся сооружения обслуживающего характера.

В этом же секторе гор, но уже ближе к жилью юго-западного района, запроектирован ряд сооружений, обычно входящих в комплекс ПКиО.

Противоположный сектор гор, возглавляемый Дворцом молодежи, имеет выходы к р. Сетуни, где создается громадный водоем. Здесь намечено создание водной станции, стадиона и других сооружений, которые превратят этот участок в центр отдыха и развлечений московских комсомольцев. В основу планировочной идеи проекта положено стремление добиться взаимного проникновения города и парка.

Магистрали, связывающие центр города с юго-западным районом и перерезающие Лужники, запроектированы на системе земляных дамб-террас, создающих различную высотность партера, а пересечение магистралями гор решено в выемке.

Переходя к оценке проекта, следует отметить, что опорная застройка вдоль магистралей жестко расчленяет Лужники на три механически заполненных участка, что не дает единой связанной картины решения территории в целом. Следовало бы оставить лишь архитектурные объемы у въезда на территорию парка, с тем чтобы эти объемы представляли собой своеобразные пространственные «пилоны». Введение в композицию партера воды, интересно по мысли, однако предложенное решение противопоставляет большому и пространственно активному водному зеркалу реки небольшие и к тому же сухо прорисованные водоемы, безусловно не создающие достаточно акцентированного и парадного решения. Для создания здесь композиционного удара необходимо было или создать значительное водное зеркало, органически связанное с рекой, или же значительно обогатить конфигурацию предложенных водоемов.

Господствующее по рельефу расположение гор требует застройки отдельных участков бровки откоса крупными объектами, с тем чтобы создать определенный и четко прорисованный архитектурный силуэт Ленинских гор. Весь полукруглый амфитеатр гор воспринимается зрительно далеко из города, и поэтому он должен быть решен крупными архитектурными мазками, сообщающими пышность и парадность всему ансамблю. В известной степени это авторами проекта выполнено, однако ответственность темы требует более сочной прорисовки всего ансамбля естественного амфитеатра. В частности, недостаточно выразительно закреплена перспектива из Лужников на горы по центральной оси композиции запроектированным монументом, который, будучи сильно приподнят над горизонтом, по своим объемным масштабам не сможет активно участвовать в завершении композиции гор и к тому же, безусловно, не выдержит пространственной переклички с величественной вертикалью Дворца советов.

 

Сокольнический парк им. Бубнова

Архитектура главного входа в Сокольнический парк не лишена интереса, Основным достоинством решения следует признать стремление использовать зелень в качестве главного организующего мотива. Последняя ничем не заслоняется и выступает равноправным элементом в оформлении районной городской площади. Элементы парковой архитектуры — скульптура Ленина, балюстрада входа и кассовый павильон — оставляют ведущую роль за зеленью. Асимметричное «живописное» расположение насаждений в пространстве подчеркивает строгость зеленой аллеи, открывающей перспективу в глубь парка и завершаемой спокойными формами колоннады-пропилей. Комплекс главного входа — наиболее интересное место в архитектуре парка, не лишенное, однако, ряда недостатков. Заслуживает внимания «парковый» характер кассового павильона, в архитектуру которого включена рельефная карта парка, водоем, фонтан, полоска цветника, скульптурный фриз. Самый размер павильона удачно учитывает масштаб человека и окружающей зелени. Но производство работ и архитектура деталей не на высоте: завершение колони не прорисовано, примыкание балюстрады наверху, на стыке двух различных по своей высоте объемов павильона, не найдено, водопроводная трубка, смачивающая цементную поверхность фриза, находится на виду. На этих деталях мы остановились нарочно, чтобы показать, насколько велика роль «архитектурных мелочей» и тщательности производства работ для парковых сооружений и насколько необходимо в нашей борьбе за архитектурное качество концентрировать на этом свое внимание, ибо ни в каком другом строительстве элементы кампанейщины и «лихого» отношения к работе не привились так глубоко, как в парковом строительстве. Это недопустимое явление в значительной степени объясняется временностью и сезонностью строительных работ в парке.

Скульптура Ленина не рассчитана на значимость большого пространства площади, перед нею раскрывающегося,— она мелка. Предназначавшаяся сюда ранее групповая скульптура на парковую тему сумела бы лучше «держать» пространство площади и уравновешивала бы объем кассового павильона. Деревянная колоннада приятно завершает главную перспективу входа и вместе с небольшим партером создает достаточно законченную картину. Огромные портреты т. Сталина и т. Кагановича, виднеющиеся сквозь ажур пропилей, удачно вкомпонованы в пространство «круга» с его центральным водоемом. Вход и круг, как единый ансамбль, не решены. Интересна попытка работы над «малыми» формами, а именно стремление связать в единое целое портреты вождей, лозунги и их архитектурное обрамление. Небольшая территория круга без всякой меры загромождена деревянной ротондой («ропетовского стиля») и целым рядом павильонов, киосков, и площадок, между собою никак не связанных. Территория круга огорожена забором. На этом участке сосредоточена на сегодня основная часть организованной деятельности парка, за исключением физкультуры, работы с детьми и домов отдыха. Такая перегрузка головной территории парка — результат неправильно понятых принципов самоокупаемости парка.

Планировка остальной территории решена сетью лучевых просек, берущих свое начало у «круга» и доходящих до р. Яузы. Огороженный круг, возглавляющий композицию парка, в корне нарушает весь смысл существующей планировочной сетки, запирая движение от входа (в собственно парк. Это привело к тому, что движение происходит неорганизованно, прямо по лесу, без дорог, из-за чего значительная часть этого района парка вытаптывается и имеет весьма неприглядный вид. Крупных архитектурных сооружений на территории парка нет, а большинство новых павильонов носит временный характер и никакой архитектурной ценности не имеет.

При отсутствии генплана ведшееся от случая к случаю строительство лишь засорило территорию рощи.

Основной ценностью парка является его зеленый фонд.

По проекту арх. А.Я. Карра (соавтор И.М. Петров) вновь проектируемый парк охватит собственно Сокольническую рощу (600 га) и часть Погоно-лосиного острова до создаваемого восточного канала системы Волга—Москва (3 900 га), всего 4 500 га.

Облик Сокольнической рощи характеризуется наличием великовозрастного леса с преобладанием сосны. Высокие оголенные стволы сосен не лишены суровой архитектоничности. Просеки однообразны, и только лиственные посадки их несколько оживляют.

Отдельные же участки Погоно-лосиного острова напоминают по своей структуре дремучий лес. Проектируемое в этой части парка громадное водное зеркало дополнит природный облик парка.

Приведенная выше характеристика природных условий территории, а также место парка в плане города и в парковой системе Москвы определили основную тематику парка по линии оздоровительной деятельности.

Центральной задачей, стоявшей перед авторами проекта, было определение «зеленого образа» парка. В этом плане сосновые насаждения представляют особенный Интерес, поскольку они помогают строить единство «зеленого образа» парка летом и зимой. Пейзажи Сокольнической рощи и Погоно-лосиного острова популярны среди лыжников Москвы и наиболее величественны зимой. Гигантские сосны с опушенной снегом хвоей выглядят весьма декоративно. Расположенные же по аллеям лиственные посадки, оголенные в это время года, четким рисунком своих силуэтов будут выделяться на белоснежной поверхности дорог. Стрельчатые лучи аллей, долина р. Яузы и вновь создаваемый водоем в Погоно-лосином острове зимой будут казаться почти беспредельными и, теряясь вдали, сольются с горизонтом. Там, где в парке не было ландшафта, автор стремился создать его путем изменения окружающей зеленой среды, разумно применяя разрубы и пересадки для открытия панорам и создания перспектив, а в некоторых частях территории парка даже прибегая к частичному искусственному изменению рельефа.

Вторая проблема, которой уделено было значительное внимание,— это обводнение парка. Сокольники всегда были бедны водою, что при наличии плоского рельефа, однообразии зелени и отсутствии достаточно раскрытых пространств придавало роще весьма скучный облик. После окончания сооружения канала Волга—Москва в Яузу будет добавлена вода в количестве, вполне достаточном для организации системы новых прудов и расширения существующих.

В основу решения собственно Сокольнической рощи (до р. Яузы) автор проекта генплана положил исторически сложившуюся геометрическую планировочную сетку просек, дополнив ее смягчающими элементами ландшафтной планировки, что дало возможность создать в головной части парка парадный ансамбль. Для остальных частей парка была принята пейзажная трактовка планировочной сетки, при которой максимально сохраняется простая красота естественной природы.

Луш, река, озера и рощи должны образовать красивые перемежающиеся виды. Вся территория Погоно-лосиного острова прорезывается; сетью авто- и велодорог.

План реконструкции Сокольнического района предусматривает создание центральной районной площади у главного входа в парк. Реконструируемая территория круга превращается в центральный распределительный узел парка и трактуется своеобразным пространственным вестибюлем. В центре его запроектированы овальный водоем и гигантская скульптурная группа, составляющая с ним одно целое и закрепляющая все перспективные точки с просек.

В целях лучшей ориентации посетителя круг будет освобожден от существующей растительности, и тогда с него раскроются перспективы на основные просеки парка.

Головные части выходящих на круг аллей закрепляются архитектурно-скульптурными точками. Вновь созданная аллея водяных каскадов решается как центральная композиционная ось парка. Перед входом в нее запроектированы Дворец самодеятельности, лекторий, а также зеленый аванзал с партером и двумя бассейнами, членящими вначале прямую аллею на короткие, четко отграниченные отрезки. Аллея каскадов обрабатывается пологими, достаточно широкими спусками, закрепляемыми скульптурными точками. Водяной каскад этой аллеи завершается большим водоемом правильной овальной формы, по бокам которого создаются обширный [садовый амфитеатр и террасообразный партер, состоящий из ряда крупных озелененных плоскостей, подымающихся одна над другой и оформленных цветниками, скульптурой, фонтанами и каскадами. Аллея каскадов решена по принципу расположения максимального количества эффектов по одной оси.

«Павильон СССР» — головное сооружение аллеи национальностей — акцентирует другую значительную магистраль парка — бывший Поперечный просек, соединяющий восточный и западный входы в парк. В то же время «Павильон СССР» композиционно завершает общую декорацию аллеи каскадов.

Аллея национальностей охватывает дугой головную часть парка и зрительно воспринимается не целиком, а отдельными «кадрами», что в связи с разнообразной архитектурной трактовкой размещенных по аллее павильонов национальных республик обусловит динамичность восприятия.

Сквозь арку центральной части «Павильона СССР» будет открываться живописно решенная часть парка, ведущая к тальвегу так называемых Чортовых прудов. Обширное зеркало прудов создает большую перспективу, естественно влекущую к водоему р. Яузы, а оттуда и к зеленым массивам Погоно-лосиного острова.

Другая цепь прудов композиционно подчеркивает геометричность Поперечного просека. Водоемы, входящие в эту цепь, являются объединяющими центрами композиции того или иного участка парка.

Вдоль вновь созданных прудов намечаются новые дороги для прогулок и располагается ряд парковых сооружений.

Реконструированные лучи просек обогащаются и дополняются новыми аллеями и дорожками.

С лучевых просек будет создана система коротких перспектив. Ряд архитектурно-декоративных объектов будет построен на эффекте неожиданности.

К числу архитектурно-планировочных промахов проекта, в порядке самокритики, следует отнести:

1. Композиция главного входа проработана схематично и отсутствуют предложения по органической связи районной площади с входом.

2. Центральная ось композиции, завершенная «Павильоном СССР» у Поперечного просека и продолженная до водоема, не имеет в этой точке достаточно весомого архитектурно-объемного акцента, тем более необходимого, что именно в этой точке происходит изменение направления основной перспективы.

3. Некоторая равномерность заполнения участков между реконструированными просеками различными элементами (дорожки, павильоны и т. д.) снижает композиционную активность предлагаемой системы обводнения, которую следовало бы подчеркнуть более развитой сетью прогулочных дорог и архитектурных объектов.

4. Узел пересечения р. Яузы с транзитной магистралью четвертого кольца композиционно проработан недостаточно выразительно.

5. Чрезмерно большая стоимость архитектурных сооружений парка (общий объем капиталовложений по сооружениям составляет около 40 млн. руб.) требует сокращения на следующей стадии проектирования титульного списка строительства, с тем чтобы развернуть возможно шире формы работы парка на открытом воздухе.


Измайловский парк им. Сталина

Парк им. Сталина начал функционировать в 1931 г. За истекшие годы освоено около 200 га площади, главным образом вокруг круглого пруда у западной границы парка. Строительство парка осуществлялось без определенного генерального плана, и поэтому даже освоенная часть парка не имеет четкой планировочной трактовки.

Не представляют архитектурной ценности и немногие выстроенные парковые сооружения. Бее они временные, и вообще линия архитектурного поведения парка в основе своей ничем не отличается от практики Сокольнического парка. В свете этих обстоятельств особенно большое значение приобретает проблема проектирования парка. Руководство парком учло это и подготовило для проектировщиков значительный исследовательский материал. Глубокое изучение территории в различных направлениях дает архитектору исчерпывающий ответ почти на любой технический вопрос. Следует признать, что в; этом отношении Измайловский парк выделяется среди всех остальных московских парков, или вовсе не имеющих исследовательских данных или же имеющих их далеко не в достаточном объеме.

Проект планировки на территории около 1 350 га разработан архитекторами М.П. Коржевым и М.И. Прохоровой.

Система магистралей района, подводящих к парку, определяет систему входов, располагающихся по линиям северной, южной и западной границ, с доминирующим значением входов на северо-западном и юго-западном углах участка. При такой системе, по мнению авторов, нет необходимости в организации главного входа, который заменяется системой нескольких входов.

Большие размеры территории и ее ценный лесной массив заставляют прибегать как к активной, так и к пассивной форме освоения территории. Активно освоенная территория, естественно, развивается от основных входов, включает комплекс Всесоюзного стадиона и дальше по берегам водоема уходит в глубь массива. При таком размещении объектов деятельности парка наиболее целесообразен принцип зонального районирования (система небольших, активно освоенных зон), причем массовые мероприятия распределяются по внешнему периметру парка и только отдельными пятнами продвигаются в глубь массива.

Сооружения парка, расположенные по его западной границе, чередуясь с участками декоративно-паркового назначения, образуют особую полосу — зону переключения, основной задачей которой является прием и распределение потока посетителей. Остальная территория трактуется как лесопарк с отдельными, вкрапленными в зеленый массив, точками парковых мероприятий. Таким образом, вся территория парка подразделяется на две части: ПКиО районного значения и лесопарковая часть общегородского значения.

Ведущими сооружениями парка запроектированы Дворец индустриализации и Дворец энтузиастов. Первый явится планировочным центром западной части территории — районного ПКиО. Планировочным центром лесопарковой (восточной) части будет создаваемый вновь большой водоем. Вокруг него создаются пляжи, яхт-клубы, театры на воде и т. д.

В архитектурном решении парка лесной массив должен быть использован как композиционный материал, на основе которого организуются архитектурные пейзажи, не искажающие естественный облик лесного массива. Поскольку точки обслуживания отдыхающих будут разбросаны по всей территории, аллеи и дорожки надо рассматривать как определенные маршруты.

Архитектура маршрута строится по принципу сменности мотивов пейзажа, введения качественно различных акцентов (завершения или ритмического развития, нарастания или контраста). 

Тематика маршрута будет связана не только с конечным пунктом движения, но и с характером эмоционального воздействия окружающей природы на человека. Будут применены различные принципы организации, в зависимости от того, находится ли отдыхающий в густом сосновом лесу или в светлой березовой роще, на полях, среди леса или на берегу громадного озера.

Все сооружения определенного маршрута, все его детали будут решены в соответствии с общим архитектурным замыслом маршрута. Так, например архитектура «берегового» маршрута включает разнообразное использование воды в пейзаже аллеи. Маршрут, проходящий лесным массивом, рассматривается как «туристская тропа». Его архитектура будет целиком строиться на материале леса, с учетом всех многообразных форм его декоративной обработки. Все маршруты объединены одной общей планировочной системой.

По проекту, представляющему собой лишь предварительную схему планировки, необходимо высказать несколько критических замечаний.

К числу недостатков архитектурно-планировочной трактовки должно быть отнесено решение проблемы входов. Наличие нескольких равнозначных входов создает индиферентность решения всей полосы вдоль западного фронта парка. Кроме того, необходимо отметить, что композиционный центр парка, правильно решенный авторами в виде громадного водоема и хорошо увязанный с комплексом стадиона, в то же время не имеет достаточно композиционно акцентированной связи с системой западных входов.

Композиционная ось тальвега (стадион-пруд), обладающая большой пространственной протяженностью и решенная в пейзажной трактовке, требует завершения не аморфной стеной леса, как это имеет место в проекте, а активным архитектурным объемом.

Прилегающая к городу часть парка, где будут созданы массовые виды работы, и прогулочная часть, не имеют четкой артихектурно-планировочной диференциации, которая подчеркнула бы различную по содержанию тематику этих частей.

Неудачно решен узел парка в точке соприкосновения водоема с шоссе Энтузиастов, не представляющий собой композиционного финала ведущей водяной темы в архитектуре парка.


Парк в Химках

В долине р. Химки, там, где трасса канала Волга—Москва входит в черту города, проектируется создание значительного по объему водохранилища. Территория вокруг водоема покрыта сосновым лесом, местами хорошо сохранившимся. Рельеф всего участка имеет большие колебания (разница отметок в долине р. Химки доходит до 35 м). Наличие больших масс воды и рельеф местности открывают широкие возможности архитектурной обработки этого парка, позволяя создать сложные системы каскадов и фонтанов, органически включающих воду в ансамбль парка.    

По мысли автора (арх. М. П. Коржев), парк посвящен строительству канала Москва—Волга и в своей архитектуре развивает тему борьбы нового человека с природой в новых социалистических условиях, выражая в своем архитектурном образе следующие идеи:

1. Природа в ее нетронутом состоянии.
2. Новые люди социалистической страны.
3. Праздник обновленной стихии после творческой встречи природы с людьми.

В лесной части парка развиваются в определенной последовательности архитектурно-декоративные водные устройства, иллюстрирующие естественное состояние водной стихии: лесные озера, ручейки, перепады, водопады и т. д. Эти элементы расположены по течению искусственной реки так, что интенсивность силы действия воды постепенно нарастает.

Основные аллеи подводят ко второй части парка террасированными склонами долины. На ряде параллельных террас, богато оформленных, расположены скульптуры героев строительства канала Волга—Москва.

Третья часть парка — долина реки с большим водоемом. Широкий канал составляет продольную ось водного зеркала. Вдоль канала создаются каскады, фонтаны, водопады и т. д.

Правый берег р. Химки остается открытым и оформляется рядом павильонов, из которых главным будет здание музея канала.

По существу проекта следует отметить чересчур контрастную трактовку различных частей парка. Переходы от одной планировочной формы к другой только намечены, но не решены. Выразительность и целеустремленность формы канала снижаются рядом перпендикулярных к нему и параллельных водохранилищу богато оформленных осей. Это привело к затеснению канала и уменьшению его пространственной напряженности.


Клязьминский лесопарк

Проблема создания лесопарков не доведена даже до той стадии, до какой доведена проблема строительства внутригородских парков.

Практика проектирования лесопарков у нас очень невелика, а практики строительства, можно считать, совсем нет. В то же время очевидно, что этот вопрос стоит на очереди, и поэтому весьма своевременно подвергнуть критическому рассмотрению тот небольшой опыт проектирования, который имеется в настоящее время.

В качестве одного из примеров приведем проект Клязьминского лесопарка.

Площадь всей территории, отводимой по проекту планировки пригородной зоны (В.В. Бабуров и А.А. Карпов) под организацию парка, равна 15 тыс. га.

В северной части парка запроектировано обширное судоходное озеро (Клязьминское водохранилище, образуемое на пути канала Волга — Москва) с площадью зеркала воды около 15 км2.

Наличие огромного водоема, связанного системой каналов с центром города и р. Москвой, позволяет широко развернуть многочисленные виды отдыха и спорта на воде. Здесь можно создать базы для яхт, глиссеров, гидроаэропланов, зимой — буеров, большие водные станции с пляжами и купальнями, школы гребли и т. п. Масштабы водоема позволяют организовать однодневный отдых, проводимый целиком на воде, на специальных пловучих базах отдыха. На юг от Клязьминского озера располагаются леса, занимающие примерно 50% площади парка.

Эти массивы должны быть реконструированы в целях создания разнообразных лесных ландшафтов. В результате лес должен быть превращен в лесопарк.

На территории лесопарка могут быть организованы различные мероприятия оборонной пропаганды и спорта, требующие больших пространств (конный спорт, боевые тиры, аэроклубы, гольф, автодромы и т. д.). Кроме того, в лесопарке найдет себе надлежащее место система туристских мероприятий, закрепленная сетью привалов и баз отдыха.

Наличие в границах лесопарка сельскохозяйственных земель позволяет организовать здесь образцовые посевы и показать в полном объеме новейшую агротехнику.

Наконец, в комплексе парка намечено создание домов отдыха, пионер-лагерей и т. д.

Естественно, что определяющим архитектурно-планировочным пятном схемы парка является гигантское водохранилище.

В процессе проектирования были выдвинуты три принципиально отличные друг от друга схемы решения.

По схеме В.В. Бабурова — от Москвы к водохранилищу проектируется сильно развитая магистраль, на которую нанизываются отдельные планировочные пятна парка. Композиция завершается архитектурным акцентом у берега озера.

По схеме В.А. Шкварикова — элементы парка расположены вокруг водоема и планировка имеет кольцевую трактовку.

По схеме И.В. Ламцова — в основу планировки положена система парковых дорог, охватывающих наиболее живописные места территории. Эта схема, по мнению автора, дает возможность открыть наиболее интересные перспективы, использовать высотные точки и завершить планировочную сетку композиционным центром-водоемом.

Приведенный материал является, по существу, рядом предложений по распределению территории лесопарка, а не проектом планировки, и поэтому с архитектурной точки зрения высказываться по материалу трудно. Что же касается архитектурной обработки прибрежной части водохранилища, о которой можно судить по перспективе, входящей в состав проектного материала, то следует заметить, что предложенное решение не раскрывает специфичности архитектурного образа лесопарка, так как авторы использовали формы, типичные для курортов.

***

Освещенный выше опыт строительства парков Москвы показывает, что наряду с определенными достижениями в области новых форм массовой работы на открытом воздухе архитектура советского парка, несмотря на ряд интересных отдельных решений, до сих пор еще не найдена.

Рассмотренная же проектная практика знаменует собой определенный сдвиг в качестве проектирования парков и намечает достаточно правильный путь к созданию архитектурного образа социалистического парка, который, безусловно, должен быть проверен практикой строительства.


Выводы

Москва в области паркостроения имеет наибольший опыт, и анализ этого опыта позволяет притти к выводам, имеющим значение не только для строительства московских парков, но и для большинства парков нашего Союза.

В области строительства культурных учреждений парки культуры и отдыха являются наиболее беспризорным участком. В самом деле, если вопросы науки, искусства, театра, кино стоят в центре внимания самых широких кругов советской общественности, то проблема организации отдыха и связанная с нею проблема советского парка до сих пор достаточно серьезного и вдумчивого отношения к себе не привлекли.

В результате, если в первые годы существования наши парки в формах своей деятельности живо, интересно и активно откликались на запросы сотен тысяч своих посетителей, то за последнее время в работе парков начинают намечаться заметные для всех штамп и трафарет. Формы деятельности парка отстают в своем развитии от общего подъема культурного уровня трудящихся нашей страны. Парки должны проявить значительно более критическое отношение к своей работе, преодолев инерцию. Необходимо видеть не только сегодняшний, но и завтрашний день и, отталкиваясь от этого, создать новые, более совершенные, более культурные формы массовой работы и отдыха. Существующие установки в области деятельности парка надо пересмотреть с точки зрения человека, прожившего две наших пятилетки (отрезок, равный целой эпохе) и поднявшегося до высот стахановского движения.

Надо пересмотреть самое понимание «отдыха». Здесь нужно призвать на помощь научные учреждения, чтобы вооруженные марксистско-ленинской теорией специалисты сказали свое веское и научно обоснованное слово. Проблема общения человека с природой в сегодняшней парковой практике отодвинута на задний план, а между тем именно эта задача должна быть, по нашему мнению, для парков, наряду с организацией развлечений, одной из главных.

Следует признать, что в некоторых наших парках слишком много развлечений и аттракционов. Посетитель, привлеченный яркой и часто интересной рекламой, стремится побывать во всех «точках». В результате следует излишнее раздражение нервной системы, и человек уходит из парка недостаточно отдохнувшим и освеженным. Именно к такому выводу пришли врачи, производившие специальное обследование в Центральном парке им. М. Горького. Такое положение требует решительного сокращения количества аттракционов и прочих раздражителей в парке. В тех случаях, когда большинство упомянутых раздражителей сосредоточено в одном месте, может быть достаточным изменить планировочную организацию территории парка с тем, чтобы аттракционы и развлечения были разбросаны в различных местах парка.

Подходя критически к комплексу задач, поставленных перед парком, нам кажется своевременным и необходимым исключить из этого комплекса элементы учебы и техники, которые нельзя серьезно и углубленно, как этого требует современный учащийся, организовать В парке. В процессе проработки проблемы «отдыха» одни формы и виды деятельности и развлечений в парке отомрут, другие переместятся в город, иные получат другой акцент, а в целом весь комплекс будет ориентирован на более высокий культурный уровень.

Нагромождение в парке разнохарактерных мероприятий на деле ведет к бестолковщине. Обилие «раздражителей», в виде многочисленных «мероприятий», следующих одно за другим, нервирует и утомляет посетителя и противоречит самому понятию «отдых».

Сокращение форм активной деятельности в парке и увеличение внимания к собственно отдыху только поможет отчеканить образ советского парка.

Паркостроение до сих пор, несмотря на огромный удельный вес проблемы отдыха в социалистической культуре, не имеет центра не только в общесоюзном масштабе, но и в масштабе отдельных республик. В одних случаях парки находятся в системе горсоветов, в других — в системе профсоюзов. Необходимо создать единый методический и организационно-хозяйственный центр, а разработку архитектурно-планировочной методологии поручить Академии архитектуры, при которой целесообразно создать всесоюзный Совет паркостроения.

Динамика форм массовой работы парка требует периодического обмена опытом функционирующих парков, требует созыва ежегодных конференций работников паркостроения. Следует созвать такую конференцию еще в 1936 г.

Парковая проблема в целом — это не только проблема архитектуры планировки и зелени, но (это также вопрос о специфических сторонах нашей парковой работы, о характере и содержании такого понятия, как «отдых».

Местные специфические и природные условия должны быть определяющими при установлении функционального профиля парка и определении его архитектурного образа, чего до сих пор в ярко выраженной форме мы в нашей практике строительства парков не имели. Часто одно и то же содержание вкладывалось в совершенно различные по природной характеристике парки.

Следовательно, в городах с развитой системой парков необходимо поставить вопрос о целесообразности создания парков, однотипных по целям, задачам и содержанию их работы.

Каждый парк в своем профиле должен иметь ярко выраженную доминанту. При определении профиля парка следует особенно подчеркнуть воспитательное влияние внешней среды и организации территории парка в целях максимального благоприятствования избранному виду отдыха, как основного и «опорного».

Разумеется, что в городах, имеющих только один парк, целесообразно создать в этом парке по возможности полный комплекс элементов отдыха и развлечений.

Многие практические работники, руководящие нашими парками, представляя себе хорошо политические, просветительные, оздоровительные и прочие функции парка, не представляют себе парк как композиционное единство формы и содержания, как определенное произведение искусства.

Архитектор в своем стремлении дать единый ансамбль советского ПКиО, наталкивается на ряд больших трудностей, из которых основная — несоответствие эксплоатационных и матриальных возможностей сегодняшнего дня данного парка реальным перспективам ближайшего будущего.

В результате вместо ансамбля многие наши парки представляют почти хаотическое скопление отдельных элементов разного стиля, разной степени мастерства и разной архитектурной трактовки, а иногда и просто механическое соединение архитектурных форм.

Иногда строительство парка ведется не только без генерального плана, но даже без плана на ближайшие два-три года. Считая такое строительство временным, ему не уделяют должного внимания. Оно ведется от случая к случаю и засоряет территорию.

Участия архитектора не чувствуется, и в результате строительство такого парка не только не является произведением культуры, но превращается в явление антикультурное. Чтобы с этим покончить, следует обязать администрацию парков не производить ни одной работы на их территории без визы архитектора.

Помимо генерального плана строительства, должен быть создан план строительства на каждый год, причем окончательным документом на отпуск средств должен быть именно проект первой очереди, а не генплан.

Архитектурная полноценность в строительстве парка должна быть обеспечена включением в штат каждого парка архитектора и художника. До сих пор далеко ;не все парки (даже в Москве) имеют таких постоянных работников.

В целом ряде случаев в строительстве и эксплоатации наших парков проглядывает кустарщина. Не освоены новые методы работы, не используются механизмы (посадочные машины, машины для стрижки газона и т. д.).

Существующая на сегодня практика архитектурного оформления парка сооружениями временного характера не может быть более терпима. Вместо большого количества мелких точек необходимы архитектурно значимые объемы, способные активно воздействовать на организацию пространства и завершать перспективу. Разумеется, что характер архитектурной трактовки больших объемов должен учитывать специфику парковых мотивов.

Парк в его архитектурно-пространственной трактовке не может быть решен изолированно, вне строительства города и его зеленых богатств в делом. Это в наших условиях обеспечивает огромное разнообразие в отношении конкретного решения отдельных парков.

Поиски разрешения архитектурного образа парка методами социалистического реализма предполагают раньше всего, что паркостроение — не изолированный вид искусства, а синтез ряда пространственных искусств.

При всем большом значении природного архитектурного облика территории, все же следует акцентировать творческое и действенное отношение человека к основной канве парка — природе. Следовательно, архитектурный образ парка не должен слепо следовать за существующими естественными условиями, а должен быть всеми доступными средствами максимально активизирован в направлении основных стоящих перед ним задач.

Хотя до сего времени стиль советского парка еще не выкристаллизовался, все же некоторые общие композиционные положения можно наметить уже сейчас.

Прежде всего очевидно, что в советском парке не может быть отдано предпочтение тому или иному из установившихся в истории паркостроения типов (пейзажный парк, регулярный и т. д.). Конкретные условия в каждом отдельном случае будут требовать своеобразных композиционных подходов и решений в зависимости от местных условий и поставленных целей. Эти цели и вытекающие из них социально-практические функции, формирующиеся под влиянием основных идей социалистического общества, должны развиться в ведущую архитектурно-планировочную идею парка, определяющую целостность его композиционного костяка и подчеркивающую ведущее пространство парка.

Архитектурный образ парка строится по основным осям и характеризуется ведущими ансамблями: главными и локальными центрами, важнейшими магистралями. Эти ансамбли должны четко выделяться на остальном фоне парка своей пространственной и объемной трактовкой.

Парк должен строиться ансамблями, с тем чтобы каждое пространство парка, каждое его сооружение входило в тот или иной ансамбль и решалось, исходя из общего композиционного приема. Отсюда решающим моментом в работе над композицией парка, является нахождение главных осей и доминирующего ансамбля, занимающего лучшее и командное по естественным условиям место. Локальные центры развивают, дополняют и подчеркивают основной центр.

Центр парка, в отличие от города, не представляет собой обязательно площадь, а может быть решен некоей композиционной системой, пространственно-протяженной и не всегда поддающейся единовременному зрительному восприятию. Композиционная ось парка не понимается, конечно, как геометрическая прямая.

Магистрали парка должны быть увязаны с лучшими видовыми точками.

Архитектурный образ парка необходимо строить во времени, учитывая динамику насаждений, цветовую гамму в течение дня, изменения по сезонам и т. д.

Различные по масштабу парки должны отличаться друг от друга и по композиции. Если небольшие парки могут быть решены целостным пятном, то большие парки требуют более сложной композиции и организации целой системы взаимно увязанных центров.

В силу этого особенно большое значение приобретает учет места данного парка в общей системе города. Общегородское и районное значение парка, безусловно, скажется на его архитектурном образе.

Несомненно, что в головных и центральных участках парка пространство должно быть четко организовано, с закреплением его архитектурно значимыми элементами.

При решении композиции парка следует уделять достаточное внимание вопросам утилитарно-технического характера (водоснабжение, канализация, транспорт и т. д.). Последние должны быть включены в организацию пространств парка, как основание, обеспечивающее наиболее эффективное и экономичное решение всей композиционной проблемы в целом. В основу поисков архитектурного образа парка должно быть положено стремление создать жизнерадостные, простые, понятные и вместе с тем глубоко художественные и волнующие формы.

В парке необходимо установить правильное соотношение между зеленью и архитектурой, с тем чтобы природа не была задавлена зданиями, но в то же время надо дать возможность архитектору при создании парка свободно обращаться с зеленым массивом, допуская необходимые разрубы.

До сих пор над архитектурой парковых сооружений у нас работали чрезвычайно мало. Не найдены архитектурные особенности комплексов парка (детский городок, физкультура и т. д.) и отдельных сооружений. В дальнейшей работе надо установить специфику и характер их архитектурной трактовки.

Значение архитектуры малых форм в парке огромно. Необходимо добиться архитектурного единства в решении малых форм и садовой мебели. Культура деталей в парке особенно важна и эффективна.

Скульптура и другие формы изобразительного искусства (монументальная живопись, мозаика, майолика и пр.) имеют в парке большое значение, как форма длительного эмоционального воздействия на массы посетителей.

Скульптура в парке должна служить целям зеленых, цветочных и водных форм архитектуры, уточняя образы последней, а также компонуясь с отдельными парковыми деталями (балюстрада, лестница и т. д.). Предметы искусства и цветы должны проникнуть в повседневную жизнь парка, должны стать неотъемлемой принадлежностью парковой обстановки.

Вода является для парка одним из решающих элементов архитектурного образа и функционального профиля. Поэтому решение проблемы оводнения (водоемы, фонтаны, бассейны, каскады и т. д.) — один из существенных моментов в области паркостроения и создания архитектуры парка.

Критическое освоение наследия прошлого в парковом искусстве имеет особенно важное значение, и поэтому необходимо организовать углубленное и всестороннее изучение исторического материала, чтобы выявить все то лучшее, что может быть в той или иной степени критически освоено в советском паркостроении.

В связи с проблемой освоения культуры прошлого следует поставить вопрос об отечественных исторических парках, например в Архангельском, Кузьминках, Кускове и т. д. К сожалению, до сего времени серьезно, в плановом порядке, никто реставрацией и реконструкцией этих парков не занимается. Не приходится доказывать, что такое положение и ненормально и далее нетерпимо. Необходимо изучить все памятники садово-паркового искусства и, в зависимости от их архитектурной ценности, провести работу по реставрации и реконструкции с превращением некоторых из них, имеющих высокую художественную ценность, в парки-музеи.

Над проектами парков работают многие архитектурные мастерские Союза. Методика проектных работ до сих пор не установлена и никем не регламентирована. Имеющая хождение, но не утвержденная инструкция Наркомхоза РСФСР не соответствует современным требованиям, предъявляемым к проекту парка, так как уделяет слишком мало внимания вопросам архитектуры.

Существенным недостатком нашей проектной работы является отсутствие ответственности архитектора за рабочие «зеленые» чертежи и за перенесение проекта в натуру.

Ни одно из существующих у нас научно-исследовательских и хозяйственных учреждений до сих пор не разработало норм по планировке парков и по строительству парковых сооружений. В проектной практике пользуются нормами, выдвинутыми отдельными специалистами. Эти нормы необходимо пересмотреть под углом зрения архитектурных требований сегодняшнего дня.

Необходима организация комплексной научно-исследовательской работы в области паркостроения. В этот комплекс должны войти и вопросы архитектурно-планировочные, и вопросы санитарно-технические, и вопросы организации отдыха, развлечений и массовой работы в парке.

Масштабы работ по паркостроению требуют регулярно налаженной издательской деятельности. На первых порах целесообразно издание «Библиотеки советского паркостроения»; работу по выпуску парковой литературы нужно поручить Академии архитектуры.

Проблема кадров в области паркостроения стоит особенно остро. Достаточно указать, что нет ни одного вуза, специально занятого подготовкой работников для парка. Почти все области парковой инженерии, культурная работа в парке, эксплоатация парков и, наконец, парковая архитектура обслуживаются главным образом добровольцами, часто не имеющими ни достаточных знаний, ни необходимой квалификации.

В результате парк, который должен быть одним из подлинных произведений культуры, не имеет культурных кадров. 

Следует иметь в виду, что сложность решения разносторонних вопросов при проектировании и строительстве парков требует участия в этой работе целого ряда коллектива специалистов, знания которых должны обеспечивать взаимное понимание. Ведущая роль в этом коллективе должна принадлежать архитектору.

Новое содержание наших парков, обусловленное социальными требованиями эпохи, критическое освоение культурного наследия прошлого, современная высоко развитая техника, а равно овладение высотами архитектурного мастерства и чувство глубокой ответственности за порученное дело, — вот основные условия, необходимые для правильного и быстрого развития архитектуры парков СССР.

поддержать Totalarch

Добавить комментарий

CAPTCHA
Подтвердите, что вы не спамер