Раджпутские сады

Глава «Раджпутские сады». «Сады через века». Рандхава М.С. Перевод с английского: Ардашникова Л.Д., издательство «Знание», Москва, 1981 (Mohindar Singh Randhawa, "Gardens Through the Ages", Macmillan Co. Delhi. India. 1976)


Джайпур, Джодхпур, Бхаратнур... Развитие живописи и архитектуры во многом определило историю садоводства. По мере того как искусству все меньше покровительствовали в Дели, художники, воспитанные в традициях могольской школы, переселялись в государства Раджастана и Центральной Индии, где они создали новые направления в живописи.

Одновременно открывалась новая страница и в истории могольского сада. В Раджастане он получил свое дальнейшее развитие и был преобразован в так называемый Раджпутский сад.

Индийские раджи в Раджастане по-разному отнеслись к распространению ислама Умудренные жизненным опытом раджи Амбера (позднее Джайпура), Джодхпура и Бинакера в целях собственного обогащения охотно выдавали своих дочерей замуж за могольских императоров. Начало этой традиции было положено раджой Амбера, отдавшим в жены Акбару принцессу Качваха. Не испытывая особых угрызений совести, этому примеру последовали раджи Бинакера и Джодхпура. Таким образом, самые тесные узы связывали эти три государства с могольским двором, который оказал сильное влияние на развитие их культуры.

Архитектура дворцов, стиль живописи, женские наряды, оформление садов — все носило печать влияния могольских традиций. Более консервативный и замкнутый Мевар не допустил у себя распространения ислама. Его архитектура и искусство, включая садово-парковое, сохранили свой национальный индийский характер.

Раджпутский сад возник в результате слияния двух культур и представляет собой их синтез.

Независимо от того, сколько выпадает осадков, в Индии невозможно вырастить сад, не создав оросительной системы. Какими бы сильными ни были ливни в сезон дождей, в засушливое время года сад обязательно надо поливать.

В Шринагаре для создания могольских садов использовались природные источники. В Раджастане же таких источников не существовало, и из-за недостатка воды размеры сада приходилось ограничивать.

И тем не менее ничто не может сравниться с прелестью сада в сухом и выжженном Раджастане. В знойные дни в саду значительно прохладнее, чем в городских кварталах, и местные жители считают, что сад — это жизненная необходимость.

Амбер, основанный в XI в., до 1728 г. оставался столицей государства Джайпур. Примерно в семи милях от города вдоль дороги раскинулись многочисленные сады. Один из лучших генералов Акбара раджа Ман Сингх (1590—1615) построил когда-то здесь на голых скалах дворец Амбер. Его строительство было завершено в начале XVIII в при Джай Сингхе II (1699—1743). Ниже дворца было расположено огромное озеро с великолепным садом. Сад состоял из трех террас, форма партеров была разнообразной. Если смотреть на сад из окон дворца, то он напоминал причудливую геометрическую мозаику. Сад находился выше уровня озера, и воду сюда подавали при помощи персидских колес. В саду росли цветы всех оттенков, и казалось, что перед дворцом раскинут нарядный ковер.

Большие окна дворца, в котором обитали жены раджи, были украшены изящными мраморными решетками и великолепной мозаикой. От фонтанов веяло прохладой. Сад в полном цвету представлял собой восхитительное зрелище. Воздух был напоен ароматом жасмина, чампы и могхры. В прудах плавали домашние утки.

Теперь сад заброшен, высохла в фонтанах вода, на клумбах не видно цветов. Однако и сейчас здесь находят опасение от палящего зноя павлины, напоминая нам о былом величии этих мест.

Джайпур — творение Джай Сингха II, астронома и математика. Основав город в 1727 г., он использовал при его строительстве прямоугольную планировку с широкими улицами. В центре — сквер, на котором раскинулся базар. Почти все дома — двухэтажные с украшениями на окнах и балконах. В пышном саду в центральной части города находится дворец Раджи. Это огромное здание с великолепными, выступающими вперед окнами. В саду — канал с фонтанами. Епископ Гебер, которому довелось видеть эти фонтаны в 1825 г., писал:

«Сразу, одновременно из нескольких главных фонтанов начинала бить подкрашенная желтой краской вода, и, несомненно, местные жители приходили от этого зрелища в восторг. Все это напоминало мне арабскую сказку о принцессе, которая во что бы то ни стало хотела получить «золотую воду», «вещую птицу» и «поющее древо».

...А сейчас перенесемся в другое средневековое государство — Джодхпур, известное своими садами. Его столицу основал в 1459 г. Рао Джодха. Как ангел-спаситель, возвышается над городом построенный на скале форт. Со всех сторон город окружен пустыней.

Раджа Абхай Сингх (1724—1749) с увлечением строил здесь дворцы и возводил сады. При нем было начато сооружение озера, названного в его честь Абхай Сагар. Он оказывал покровительство искусству и литературе и создал сады в Джодхпуре и Мандоре. В коллекции махараджи Джодхпура хранится чудесная миниатюра с изображением Абхай Сингха, который сидит на троне в павильоне дворцового сада и любуется выступлением танцовщиц. Это ночная сцена, и павильон освещен свечами в подсвечниках и факелами, которые держат в руках две женщины. Четыре темных кипариса растут в саду. Вдоль дорожек цветут розовые штокрозы и туберозы. На переднем плане небольшой фонтан. В руках у женщин павлиньи перья, мечи и флаконы с розовой водой. Это восхитительное изображение летнего дворцового сада.

В 1818 г. Англия установила протекторат над Джодхпуром. Правителем страны стал Ман Сингх (1803—1843). Английский историк Тод пишет, что это был человек очень привлекательной внешности и высокого роста. Он получил хорошее образование, увлекался поэзией и живописью. Личная жизнь этого выдающегося раджи запечатлена в целом ряде миниатюр. Можно сказать, некоторые детали его жизни переданы с откровенностью, на которую не решился бы ни один из современных историков или живописцев.

Тод посетил мандорский сад в 1828 г. Вот что он пишет:

«А сейчас я во дворце и садах Раджа Аджит, которые при всем моем старании просто не поддаются описанию. На первом этаже — анфилады залов с колоннами; скульптурное убранство стен отличается легкостью и изяществом исполнения, решетки скрывают жен от любопытных взглядов публики. По лестнице можно подняться наверх, где расположены небольшие покои для отдыха. Сады, обнесенные неприступными стенами, невелики, тем не менее даже летом в них прохладно. Повсюду фонтаны, водоемы, бассейны. Не уста ешь удивляться оформлению сада: кроме многочисленных местных кустарников, здесь можно встретить и экзотические растения. В саду есть золотистая гампа, цветки которой испускают такой сильный аромат, что могут вы звать головную боль, если их оставить на ночь в комнате; гранат, богатый как цветками, так и плодами; яблони Сита, или Ситэфа, банановые деревья чудесных сортов. Только при виде их широких, зеленых, блестящих листьев, кажется, уже ощущаешь прохладу. Здесь можно также встретить могру, чамаили, или жасмин и королеву цветов бара-маша, которую справедливо называют «12 месяцев», так как она цветет круглый год. Это чудесное место»

Мандорский сад интересно посетить и сейчас. Воздух напоен ароматом чампа, гигантские манговые деревья создают прохладу. Интерес представляет и восьмиугольный садовый павильон с выступающими окнами, построенный из красного песчаника.

Еще один известный сад Раджастана расположен в Дееге. Дворец Деег построен Сурадж Малом, подлинным основателем династии Джат Бхаратпура. Фергюссон отмечает, что по грандиозности замысла и тонкости отделки этот дворец превосходит все другие дворцы Раджпутских государств. Он называет его сказочным творением.

Один из путешественников, посетивший дворцовый сад в 1843 г., пишет:

«В Дееге расположен великолепный прямоугольный сад, обнесенный высокой стеной. Он разделен на четыре квадрата, в центре каждого из которых построен дворец. Это самые чудесные творения индийской архитектуры, которые мне доводилось когда-либо видеть. Они сложены из прекрасного песчаника, который добывают в каменоломнях Рупбаса в 30—40 милях к югу и 8—10 милях к западу от Фатехлур Сикри. Для строительства доставлялись отполированные плиты до 16 футов длиной, 2—3 футов шириной и 1 фута толщиной. Сад имеет 475 футов в длину и 350 футов в ширину. В центре восьмиугольный пруд, четыре канала с фонтанами ведут от пруда к лестницам, которые поднимаются к четырем дворцам. Удивительно удачно здесь сочетаются утилитарность и строгая архитектоничность форм. Ничто не нарушает художественной цельности и единства замысла».

Вблизи дворца расположен Джапал Бхаван — барадари с крышей в форме лодки, как у бенгальского храма. С северной его стороны находится большой бассейн, а с южной — сад  с водоемами и фонтанами. Во времена махараджей сад был напоен ароматом жасмина и могхры. Там росли банановые деревья, плоды которых съедобны, а листья используются как блюда.

Когда наступал сезон дождей и воздух наполнялся влагой, к толстым веткам деревьев подвешивали качели, на которых обожали качаться придворные дамы. В саду устраивались пышные трапезы.

Фонтаны, водоемы, партеры, прекрасные дворцы Деега, украшенные драгоценными камнями, могут соперничать лишь с могольскими садами и дворцами Агры.


Восточный Раджастан — земля бурых холмов и озер — включает в себя государства Удайпур, Банди, Котах и Кишангарх. Самым древним на них является Удайпур, или Мевар, как его называли в прошлом. Правители Мевара, Сесодия, считают, что основателем их династии был сам Куша, сын Рамы. С 734 г. столицей Мевара был Читор — крупный, построенный на равнине форт. В 1303 г. охваченный страстью к красавице Падмини, жене Рана Раттаи Сингха, на город совершил нападение султан Дели Алауддин. В 1567 г. Читор был захвачен Акбаром и превращен в руины.

В 1559 г. Рана Удай Сингх на берегу озера Пичола построил новую столицу и назвал ее в свою честь Удайшуром. Буквально всех покоряет романтическая красота этого города. С трех сторон он окружен пустынными холмами, и кажется, что сверкающие, белоснежные сказочные дворцы на берегу изумрудного озера парят в голубом небе.

«Взгляните наверх,— пишет Тод, — и вы увидите небо без единого облачка, опустите глаза — и перед вами откроется изумительное озеро; в его застывших темно-синих водах отражаются мраморные дворцы, сквозь листву апельсиновых деревьев, бананов и тамариндов видны арки площадей; а далее ваш взор обращается к величественным горам, которые вознесли свои вершины над городом, окружив его грандиозным амфитеатром».

Покровитель искусства и архитектуры Рана Джагат Сингх (1628 -1652) возвел на берегу озера Пичола дворцы Джагмандир и Джагнивас. Обратимся еще раз к английскому историку Тоду:

«Дворец на берегу озера носит название Джагнивас. Сооружение этого дворца, как и многочисленных построек на острове, где расположен Джагмандир, было полностью завершено в период правления Рана Джагат Сингха. Колонны, бассейны, водоемы, фонтаны — буквально все отделано мрамором с мозаичными вставками. Партеры цветов, апельсиновые и лимонные рощи, тамаринды — вечнозеленые, великолепные растения, изящные пальмы и деревья какао, раскинувшие свои перообразные ветви над темными кипарисами, приятно нарушают монотонность сооружений. Мириады цветков лотоса покрывают поверхность озер, а легкий ветерок разносит изысканный запах этих цветков».

С 1778 по 1828 г. Удайпуром правил Рана Бхим Сингх. Он был покровителем искусств, музыки и садов и содержал группу музыкантов, которые очень эмоционально и с большим вкусом исполняли национальные песни.

Банди с его озерами, садами, лесами и храмами был еще одним центром культуры восточного Раджастана.

Один из правителей Банди, Рао Чаттар Сал (1631—1659), был губернатором Дели при шахе Джагане. Благодаря его связям с могольским двором искусство живописи и садоводства получило в Банди свое развитие. Но время правления Уммед Сингха (1740-1771) в живописи этого государства появилось направление, которое воспевало наслаждение красотой природы. На картинах того периода мы видим изображение любовных сиен в зарослях пальм, где бродят павлины.

Лето в Банди, несмотря на жару, имеет свое очарование. В первую неделю апреля становится тепло. Деревья покрываются молодой листвой, у некоторых растений листья приобретают цвет меди и в лучах вечернего солнца кажутся огненными. Во влажных местах, у озер на окраине Банди, носятся мириады светлячков, которые ночью мерцают, как звезды, и, соединяясь в воздушном танце, образуют таинственно светящиеся, мгновенно меняющие форму облачка. Воздух напоен пряным запахом цветов, и тишина ночи нарушается лишь потрескиванием лопающихся бобов.

Но вот наступает день.

Дуют горячие ветры, пыль кружится коричневой спиралью, увлекая за собой листья. Лучи солнца безжалостно жгут бурую землю, воздух наполнен удушающей пылью. Звери ищут приюта в тени, павлины застыли, как статуи, среди деревьев. Они не реагируют на нав, которые преследуют их. Даже тигры спрятались от жары в своих пещерах. Озера, месяц назад покрытые розовыми и белыми лотосами, пересохли. Томимые жаждой буйволы с высунутыми языками барахтаются в грязи. Слоны, удрученные жарой, оглашают воздух ревом. Кобры докидают свои норы. Путники прячутся в тени деревьев манго и ним.

Жаркими летними вечерами террасный сад храма Банди был наиболее приятным местом.

На одной из миниатюр Банди запечатлен берег озера, заросшего логосами. Полуобнаженная королева наблюдает за игрой голубей-вертунов. Окруженная ореолом полная луна придает особое очарование этой сцене. Художник как бы приоткрывает запретный занавес и дает нам возможность заглянуть в гарем Банди.

После жаркого лета в Индии наступает сезон дождей и, как по волшебству, все вокруг преобразуется. Вот дожди напоили сухую бурую землю и неожиданно перед вами возник зеленый цветущий ковер. Бархатистые бабочки, алые бирбахаутис — «невесты героев» — делают эту землю похожей на сверкающую драгоценными камнями красавицу. Дождь шумит по листве деревьев. Толпы женщин и детей бродят в манговых рощах, собирая спелые золотые плоды. На озере от капель дождя появляются и, вспыхнув, тут же исчезают разноцветные пузыри. Влажный июльский воздух напоен тонким ароматом жасмина, «королевы ночи» и мехндее. Зеленый кустарник живой изгороди покрыт напоминающими белые звезды цветками гардении.

Мутная вода переполняет реки, и стремительный поток несет вырванные с корнем огромные деревья. Не смолкая гремит гром, и темными ночами слышно, как ветер срывает кашли дождя с листьев деревьев.

Ряд миниатюр Банди передает то чувство радости, которое охватывает всех в период дождей.

На одной из иллюстраций к сборнику «Рагамал» изображена такая сцена. Радха и Кришна, олицетворяющие любовь, сидят в павильоне. На переднем плане пара уток — символ взаимной любви. Банановые и манговые деревья оплетены цветущими растениями.

Сама природа дышит любовью.

А теперь направимся в государство Котах, знаменитое своими лесами, где и сейчас еще можно встретить тигров.

В индийской мифологии часто упоминаются различные деревья. Согласно одной легенде дерево париджата родилось, когда вспенился «Молочный океан». Индра посадил его в своем саду. У него была золотая кора, повествуется в легенде, его украшали молодые распускающиеся листья бронзового цвета и его ветки были усыпаны душистыми (плодами.

Однажды мудрец Нарада, любивший сеять раздор среди богов и их жен, принес цветок этого дерева в Двараку и вручил его Кришне. Параде было интересно, какой из своих жен подарит Кришна этот цветок. Кришна отдал его Рукмини, и Нарада с огорченным видом отправился к другой жене Кришны, Сатуабхаме. Увидев его, она поинтересовалась, отчего он так грустен, и мудрец отвечал, что он вручил Кришне цветок дерева париджата, считая, что тот подарит его своей любимой жене Сатуабхаме, но Кришна предпочел другую... Опечаленная женщина попросила Нарада посоветовать ей, как отомстить Рукмини. Мудрец изрек: «Скажи своему господину, чтобы он привез в Двараку само дерево париджата и посадил его рядом с твоим домом». И после этого Нарада отправился обратно на небо и поведал Индре, что в округе появились воры, и посоветовал ему зорко наблюдать за деревом париджата.

Во дворцах древних индийских правителей обычно имелось помещение под названием «комната скорби», куда удалялись в поисках утешения несчастные жены. Так поступила и Сатуабхама. Когда Кришна пришел к ней, она сказала: «Ты говоришь мне, что я твоя любимая жена, а обращаешься со мной, как со служанкой твоей Рукмини. Почему не мне, а ей подарил ты цветок дерева париджата?»

Кришна признал свою вину и спросил, чем бы он мог ее утешить. Она отвечала, что будет удовлетворена лишь в том случае, если получит само дерево париджата. Не теряя времени, Кришна отправился в Амаравати, незаметно проник в рощу Индры и начал выкапывать дерево. Индра, предупрежденный накануне мудрецом, увидел грабителя и поймал его на месте преступления. Однако, узнав Кришну, он разрешил ему взять дерево с собой в Двараку и только высказал свое неудовольствие.

А Кришна стал думать, каким образом ему сдержать слово, данное Сатуа1бхаме, и не обидеть в то же время Рукмини. И он нашел выход из положения. Он посадил дерево так, что ствол его оказался в саду Сатуабхамы, а ветви раскинулись над садом Рукмини и по ночам осыпали его своими цветками.

Деревья хар сингхар широко распространены в садах Котаха. Их цветки напоминают жасмин, однако трубочки венчика окрашены в оранжевый цвет. И по утрам так восхитительно выглядят пруды, усеянные белыми цветками шариджата.

Окруженный холмами Аравали, между Джайпуром и Аджмером раскинулся Кишангарх, государство, занимающее особое место в истории культуры Раджастана. В период дождей расположенное здесь огромное озеро, в котором отражаются крепость и дворец, покрывается розовыми цветками лотоса. Здесь в изобилии водятся утки, журавли сарус и другие птицы, гнездящиеся у водоемов.

В 1748 г. на трон Кишангарха взошел выдающийся правитель Савант Сингх. Под его покровительством сложилась романтическая школа живописи, вызвавшая к жизни миниатюры чарующей красоты. На одних мы видим на фоне садов влюбленную пару — Радху и Кришну. Мраморные павильоны, фонтан, озеро и деревья, изображенные на других миниатюрах, дают нам представление о садах Кишангарха и красоте Банитани, жены раджи Савант Сингха, вдохновившей художников на создание дворцово-парковых ансамблей и произведении живописи, полных изящества и романтической красоты.


По мере того как ослабевала Могольская империя, расцветала культура горных стран Пенджаба в Западных Гималаях. Воспитанные в традициях могольской школы индийские художники появились в крохотном государстве Гулер, территория которого в настоящее время является частью штата Гимачал-Прадеш.

Здесь под покровительством раджи Говардхан Чандра, большого поклонника искусства, в 40-х гг. XVIII в. сложилась кангарская школа миниатюры, превосходящая могольскую своей лирической проникновенностью и тонкостью письма. Эта живопись с ее изящным ритмом приводит нас в восхищение спокойной гармонией мягких линий, в совершенстве передающих поэтическую красоту женщины, очарование горного пейзажа с его туманными вершинами и чистыми реками.

Невысокие волнообразные холмы, поросшие пипаловыми деревьями, тенистые манговые рощи, крестьянские домики, укрывшиеся в зарослях бамбука и бананов, вьющиеся ручейки в рисовых полях — все это долина Кангра, где и зародилась новая школа живописи. Долина прекрасна и весной, и осенью.

В начале февраля здесь появляются первые вестники весны — желтые цветы горчицы, и кажется, что море золота разливается по холмам. Бледно-зелеными шелковистыми листьями покрываются деревья shisham [здесь и далее местные индийские названии растений]. У каждого домика растут качнары. Усыпанные розовыми, белыми и сиреневыми цветками, они в течение целого месяца украшают долину. За качнаром начинает цвести semal — гигантское хлопковое дерево. Его длинные ветви покрываются алыми чашеобразными цветками, что делает дерево похожим на многорукую богиню Лакшми, которая держит на своих ладонях красные лампы. Оживают манговые рощи, и их заливает бледно-желтое цветение. Его аромат привлекает koels [маленькие птички (инд. назв.)], и тишина садов нарушается лишь их мелодичным пением.

Ничем не примечательные в зимнее время, деревья сбрасывают свои трилистники, и на их кривых сучьях появляются темно-коричневые бутоны. Словно от прикосновения волшебной палочки, они внезапно раскрываются, точно вспыхивая оранжево-алым пламенем цветков. Их так и называют: «лесное пламя».

Поля усыпаны белоснежными цветками kainth — дикой груши. Всего несколько дней назад маленькое и неприметное, похожее на куст, это дерево еще до появления листьев вдруг превращается в белый цветущий шар, а в середине марта этот наряд дополняется молодыми зелеными листьями. Рассыпанные тысячами вдоль водоемов лазурно-голубые цветки горечавки яркой каймой обрамляют зелень пшеничных полей.

Привлеченные ароматом цветов повсюду жужжат пчелы. Раскрываются бутоны жасмина, и воздух наполняется благоуханием.

Во многих селениях Западных Гималаев растут персики, груши, тополь, чинары. В произведениях кашмирского народного творчества деревья эти нередко наделяются человеческими чувствами.

Великолепна в Гималаях и осень. Прошли дожди. Воздух чист и прозрачен. Синее небо. Прохладно. Необыкновенны по своей красоте солнечные закаты. По берегам рек мягко колышется под ветром высокая трава, выбросившая вверх белые метелки. В голубом небе, как охапки хлопка, плывут белые кучевые облака. Деревья баухинии покрыты сотнями пурпурно-розовых цветков, вокруг которых вьются мириады пчел.

Незабываемое зрелище представляет собой вишня padam со свисающими гроздьями карминного цвета. На фоне голубого гималайского неба, подсвеченная лучами заходящего солнца, она горит огнем. Темно-коричневая листва дубов и золотое убранство кленов и каштанов ярко выделяются на фоне вечнозеленого леса.

По берегам рек величаво прохаживаются журавли сарус, плавно с гор к озерам слетаются стаи уток. Крестьяне собирают урожай риса. Янтарными початками кукурузы покрывают они крыши своих домов. Ночной воздух переливается серебристым сиянием, и бриллиантами вспыхивают крупинки песка в пересохших горных реках.

Своим особым характером гималайский лес обязан дубу, пихте и деодару. Свисающие ветви гладколистного дуба опутаны гирляндами лишайника, и он похож на старого, со всклокоченными волосами, гималайского мудреца. Величественные ели, словно стражи, охраняют святилище Шивы — бога гималайских снегов. Укутанные мхом и заросшие папоротником-эпифитом темные искривленные дубы с переплетенными ветвями придают лесу сумрачный вид, приглушая сияние красных рододендронов. Царственно возвышаются над лесом покрытые дымчатой хвоей пирамидальные гималайские кедры — эти аристократы растительного мира. Поистине величав усеянный заросшими мхом валунами деодаровый лес, раскинувшийся на берегу озера Кхаджаир. Жители Кулу глубоко почитают это дерево. Если их постигает болезнь или падеж скота, они идут в лес и приносят в жертву старому деодару кусок железа. Никто не смеет вырубать деодаровые деревья, растущие в храмовых рощах.

А сейчас отвлечемся от описания природы и обратимся к живописи. Кангарская живописная школа в Чамбе возникла в результате того, что часть художников переселилась сюда из Гулера — под покровительство раджи Рай Сингха (1755—1794).

Одновременно с живописью здесь складывалось садово-парковое искусство. Могольский сад Чар Баг с двумя павильонами был создан в Раджнагаре. Хотя он и не сохранился, мы можем составить о нем представление по прелестной миниатюре, которая находится сейчас в коллекции Лувра в Париже. Вот что пишет путешественник Уджфалву, которому впервые довелось увидеть эту миниатюру с изображением раджи Рай Сингха: 

«Облаченный в великолепное шелковое одеяние, усыпанное украшениями из золота, жемчуга и драгоценных камней, вместе со своей молодой женой он направляется на прогулку в сад. В правой руке у раджи украшенный золотой нитью мундштук кальяна, который поддерживает очаровательная девушка-рабыня. Левой рукой он обнимает жену. Трудно себе представить более трогательную картину. Влюбленные нежно смотрят друг другу в глаза. Их чувства как бы олицетворяют птицы. На переднем плане картины изображены селезень с уткой. Благодаря этим символам миниатюра приобретает особое очарование».

На другой гулерской миниатюре показано, как проводили летние дни в своем саду обитательницы гарема. Мраморный бассейн окружен аллеей грушевых и персиковых деревьев. Сидя на човки (цциновка), Рани курит кальян. У ее ног — ваза с цветами. В бассейне купаются служанки. 

Одним из виднейших покровителей живописцев был раджа Сансар Чанд (1765 -1823) Он жил в Тира-Суджанпуре, Алампуре и Надауне, которые расположены на реке Беасе. Завоевав большинство горных государств, Сансар Чанд стал безраздельным правителем долины Кангра. В Алампуре он посадил сад, который, как говорят, мог бы соперничать с Шалимаром в Лахоре. Руины когда-то построенных в нем сооружений еще встречаются среди пшеничных полей.

Лучшие миниатюры кангарской школы были выполнены при Сансаре Чанде. Очень хороша картина с изображением работающей в саду семьи. На переднем плане посреди макового поля стоит садовник с лопатой на плече. Сын погоняет волов, а сбоку изображена мать с корзиной в руке.

Раджпутские сады в гималайских странах создавались для увеселения раджей. До нас дошли многочисленные изображения садовых павильонов, в которых проводили время влюбленные пары. Ложем для них служил усыпанный листьями пол павильона. На одной из кангарских миниатюр мы видим ночную сцену. Перед павильоном — заросший лотосами пруд, в котором дремлют утки. На крыше павильона спит павлин. На фоне темных облаков, пронзенных молнией, летят журавли. Все дышит любовью. Человек создал сады для услаждения духа, и на этой миниатюре мы видим именно такой сад.

К середине XIX в. искусство миниатюры в долине Кангара приходит в упадок. Одновременно исчезают и сады, созданные по образцу Чар Бага. В Индии возникает новый тип сада, в котором соединились искусство и наука,— ботанический сад.

поддержать Totalarch

Добавить комментарий

CAPTCHA
Подтвердите, что вы не спамер