Остафьево

Остафьево, имение Вяземских, «русский Парнас», как назвал его Пушкин,— место, тесно связанное с развитием русского искусства XIX в. Его посещали, здесь работали многие замечательные представители культурной жизни России на протяжении многих десятилетий. Сохранившийся дом и парк являются вещественными памятниками эпохи.

Дом с флигелями и коринфским портиком, который мы видим сегодня, построен в 1792 г. предположительно по проекту И.Е. Старова. Ранее здесь, кроме небольшого каменного дома, уже существовал регулярный сад с центральной липовой аллеей, которая оканчивалась у искусственного водоема прямоугольных очертаний, имелись и различные хозяйственные постройки. За регулярным парком вдоль берегов речки Любочи начиналась березовая роща.

Владелец имения А. И. Вяземский приобрел его, «пленившись, как говорит предание, разбивкой парка, его центральной липовой аллеей» [Греч, 1925. С. 3—5]. Этим, очевидно, и объясняется, что, полностью перестроив и значительно расширив дом, А. И. Вяземский сохранил в неприкосновенности его ближайшее окружение. Место для нового пейзажного парка было выбрано за пределами старого регулярного сада, мало изменилась и планировка парадной въездной части усадьбы. Более того, центральный зал нового дома, выступающий в виде полуротонды на заднем фасаде, почти вплотную примкнул к упомянутой аллее, тем самым подчеркивая тесную связь интерьера с садом. Боковые флигеля, поставленные фронтально, в одну линию с главным домом, отделены от него протяженными многоколонными галереями. Так как галереи были открытыми, сквозными, это давало возможность зрительно связать въездное пространство (так называемый луг) с садом за домом. Эти галереи использовались также для размещения скульптур (а позже и нескольких пушек-реликвий, напоминающих о событиях 1812 г.). Дом был увенчан бельведером с круговой обзорной площадкой. В дальнейшем, в 60-е годы, он был разобран и заменен куполом, а открытую колоннаду застеклили и превратили в помещение для экспозиции различных предметов искусства.

Весьма вероятно, что в более ранний период парк включал в себя многие элементы старой усадьбы П. Ляпунова. Во всяком случае, сохранились фотографии конца XIX в. так называемой ляпуновской липы — мощного многоствольного дерева, посаженного на самом видном месте у берега пруда перед восточным флигелем. Огромный пень с липовой порослью у видовой площадки до сих пор вызывает удивление посетителей, он воспринимается как некое свидетельство реальной предыстории ансамбля. Такую же роль играет и 300-летняя липа в западном боскете регулярного сада.

Таким образом, усадьба Остафьево — это пример того, что планировка сада может явиться наиболее устойчивым элементом ансамбля, который сохраняет свою основу, несмотря на перестройку центрального архитектурного сооружения, и в большей мере предопределяет композиционные ориентиры этой перестройки.

Усадьба во вновь отстроенном виде вызывала большой интерес, известны многочисленные восторженные отзывы посетивших ее гостей. Так, шотландский путешественник и художник Р. Кер-Портер пишет, что она была устроена «с большим старанием и роскошью, обладая приспособлениями для веселого времяпрепровождения и глубочайшего изучения» (цит. по: [Греч, 1925. С. 11]).

По предположениям некоторых авторов [Остафьево, 1927], в парке было много беседок и разных увеселительных устройств, в том числе над берегом пруда. Приведем несколько сохранившихся их названий, характерных для XVIII в.: «Руины разоренной Трои», «Марсово поле с каруселью», «Храм Панов», «Крокодилово гнездо», «Дельфийский оракул, или Прорицалище» (стоял над берегом пруда в глубине парка). Сохранился проект архитектора Ф. Мельникова, на котором показаны эти и многие другие садовые затеи. По мнению А. Греча [1925], большая часть этих проектов не была осуществлена, так как они шли вразрез с уже существующими насаждениями. К их числу он относит «увеселительную рощу для различных игр», карусели, «цветовые горки» и др.

Довольно ясное представление о том, что представляла усадьба в начале прошлого века, дает перспективный план Ив. Вахрамеева, составленный им в 1805 г. На нем четко видно обращенное на юго-восток главное здание усадьбы, прямоугольная сетка садовых аллей за ним и сложный рисунок закругленных прогулочных дорожек парка. Перед домом, за прудом (площадью 5 га)церковь, построенная еще в конце 70-х годов XVIII в., корпуса старой суконной мануфактуры и другие хозяйственные постройки.

Первую треть XIX в. можно с полным основанием считать главным этапом развития ансамбля, в дальнейшем все изменения носили локальный характер. Более того, после А.И. Вяземского меняющиеся владельцы усадьбы стремились сохранить ее сложившийся вид, внося только необходимые изменения.

Постепенно, в особенности с того периода, когда усадьба в 1899 г. перешла в руки Шереметевых, она приобретала музейно-мемориальное значение и ее хозяйственные функции сходили на нет. В самом начале нашего столетия в парке было установлено несколько памятников. Один из них — бюст А.С. Пушкина работы А.М. Опекушина (впоследствии замененный копией) — установлен под старыми липами в районе Малого пруда. На другой стороне от пруда, на небольшой поляне, находится обелиск — памятник В.А. Жуковскому, а небольшие монументы, посвященные памяти Б.М. Карамзина и П.А. Вяземского (1911 г.), расположены вблизи дома, у начала аллеи «Парнас».

Усадьба Вяземских в Остафьеве еще в XVIII в. стала, по существу, домом-музеем. В восточном крыле дома располагалась библиотека на 32 тыс. томов, здесь ставились когда-то оперные спектакли, многие комнаты были заняты коллекциями русской и западноевропейской живописи, гравюр, скульптуры, предметами прикладного искусства, реликвиями, связанными с именами А.С. Пушкина, Н.М. Карамзина. Здесь хранились собрания русской иконописи, старославянских литературных памятников, предметов народного декоративного творчества.

Многое изменилось в парковом ландшафте Остафьева к настоящему времени. Ведь с момента наивысшего расцвета усадьбы и основного этапа формирования его зеленых насаждений прошло уже более 150 лет. Засажен высокими деревьями круглый луг перед домом, поредели липы в аллеях регулярного сада, заросли его боскеты, почти исчезли поляны в пейзажной части парка, с трудом «прочитывается» старая аллейно-тропиночная сеть, появилось много новых элементов, таких, как голубые ели вдоль северного фасада, которые искажают исторически сложившийся облик Остафьева.

Эта усадьба принадлежит к такому типу садово-парковых ансамблей, для которых в силу их большого мемориального значения особенно важным является сохранение именно традиционного вида. Поэтому было решено восстановить, насколько это возможно, парковый ландшафт Остафьева, ориентируясь в основном на период 20—30-х годов XIX в., т. е. на такой этап существования усадьбы, который был тесно связан с пребыванием здесь А.С. Пушкина, Н.М. Карамзина, П.А. Вяземского и других деятелей русской культуры.

В связи с этой задачей в 1974 г. были проведены исследования и составлен проект восстановления насаждений усадьбы Остафьево, который к настоящему времени частично реализован.

Как показал ландшафтно-исторический анализ, главные изменения в парке связаны с бессистемными посадками, которые проводились в послевоенные годы (1945—1950 гг.) на полянах и аллеях парка, и развитием самосева малоценных пород [Агальцова, 1980]. В результате площадь полян сократилась до 0,6 га вместо прежних 3,8 га, а насаждения заняли 7,6 га вместо 3,8 га. Из 4700 деревьев свыше 2000 имеют возраст менее 30 лет. Из-за отсутствия должного ухода и бесплановых посадок мемориальная ценность ландшафтов снижена. Чрезмерная плотность молодых насаждений, с одной стороны, не дает им нормально развиваться, а с другой — постепенно ослабляет старые деревья, хотя 140—180-летние липы до сих пор сохраняют определенную жизнеустойчивость.

Южный фасад дома фактически теперь скрыт разросшимися деревьями, а въездная аллея лишилась своего архитектурного завершения. На ней мешают друг другу ряды елей в возрасте 30 лет и стриженых 40-летних лип, посаженных слишком близко друг к другу (на расстоянии 1 м). В конце XIX в. на лугу перед входом были только кусты сирени, чубушника, два дуба, расположенных симметрично напротив галерей, и несколько сосен и лиственниц, которые были посажены около 120 лет назад. Затем здесь появились ели и тополя, а в 30—40-е годы нашего столетия — липы, клены, туи, пихты, рябины, яблони, которые вместе с самосевом клена остролистного заполнили все оставшееся открытое пространство. Из-за чрезмерной плотности насаждений их декоративные качества снижены, наиболее ценные экземпляры малодоступны для осмотра.

Предусматривается восстановление луга перед домом, раскрытие его фасадов и в то же время сохранение некоторых наиболее ценных отдельных деревьев и группировок. Проведенные после 1976 г. реставрационные рубки в определенной мере исправили положение, но пока лишь частично.

Первые восстановительные работы проведены и на территории регулярного сада. Его облик определялся ранее прямыми аллеями из лип и желтой акации и чистыми газонами боскетов, которые имели размеры 70X25 м. Затем эти газоны были хаотично засажены разновозрастными экзотами, среди которых имеются и лиственницы, туя западная, пихта сибирская, орех манчжурский и др. Другая проблема связана с необходимостью раскрыть виды на памятники, которые были первоначально установлены на открытых местах, а теперь скрыты насаждениями. Уже частично восстановлены газоны в боскетах, произведены небольшие расчистки у памятников, закреплена почти утерянная система дорожек. (Местоположение дорожек определяется методом закладки зондажей, выявления следов старого щебеночного покрытия.

В пейзажной части по проекту, разработанному под руководством В.А. Агальцовой, предусматривается воссоздать систему полян и липовые куртины. На месте старых пней будут произведены новые посадки, а малоценная растительность вокруг них ликвидируется. Основу насаждений составят плотные группы и куртины липы возрастом 140—180 лет, контуры которых определяют границы полян. Их дополняют крупные экземпляры дуба, сосны и березы, которые лет на 20—40 старше лип.

Будет восстановлена и березовая роща, которая находится на северной периферии парка и неоднократно упоминается в воспоминаниях посетителей усадьбы. Сейчас она как бы растворилась в поздних посадках липы. Особенное значение имеет восстановление той части рощи, которая примыкает к пруду. Здесь по берегу проходит дорожка, проложенная так, чтобы раскрыть далекие виды на внешнее окружение парка и перспективы вдоль оси пруда. Предстоит воссоздать имевшиеся видовые площадки, органично включить прибрежные ландшафты в композицию парка.

Остафьево до сих пор сохраняет неповторимое поэтическое обаяние. Мемориальное значение усадьбы и ее парка по-своему передают слова, начертанные на памятнике П.Я. Вяземскому, установленном у входа на липовую аллею: 

«Былого след везде глубоко впечатлен
и на полях твоих и на твердыне стен
хранившего меня родительского дома
Здесь и природа мне так памятно знакома
Здесь с каждым деревом сроднился, сросся я
на что ни посмотрю, все быль, все жизнь моя...»

поддержать Totalarch

Добавить комментарий

CAPTCHA
Подтвердите, что вы не спамер